28e4ee37

Кривин Феликс Давидович - Старожилы Земли



Ф. КРИВИН
СТАРОЖИЛЫ ЗЕМЛИ
ВРЕМЯ, ВРЕМЯ...
Время течет, как река, и даже быстрей, потому что реки иногда текут
медленно. Но они текут, и сегодняшние реки не те, что были вчера. Кажется,
только вчера - вспомните девонский период - они текли так спокойно, что
Рогозуб мог ни о чем не беспокоиться. И он полеживал у себя в воде, иногда
выставляя наружу нос, чтоб определить, какая там, наверху, атмосфера, потому
что уже тогда Рогозуб был двоякодышащий.
Атмосфера была, как в девоне: можно сказать, нормальная и наверху и внизу;
и наверху и внизу не было никого крупней и страшней Рогозуба. Но на всякий
случай он все же время от времени высовывал нос из воды.
Ему казалось, что время течет, как река. Как медленная, насквозь
проросшая, словно пришитая ко дну водорослями река - привычное обиталище
Рогозуба. Но время текло быстрее. Вспомните: только что был девонский - и вот
уже каменноугольный период. Не успели оглянуться - триасовый, юрский,
меловой... Столько воды утекло, а что переменилось?
Многое переменилось, но Рогозуб не замечает перемен, хотя регулярно
проверяет состояние атмосферы. Ему кажется, что он все еще в милом своем
девоне, когда не было никого крупнее ни на земле, ни в воде.
Поэтому он так часто попадается в сеть. Он не торопится сопротивляться и
не торопится убегать, он вообще не торопится, он живет, как в девоне, когда
впереди еще столько времени, что некуда торопиться. Он живет и в реке, и в
пруду, и в аквариуме, и спокойные воды аквариума напоминают ему спокойные воды
его реки. И он высовывается из аквариума, чтобы определить, какая там,
наверху, атмосфера, и с удовольствием отмечает, что ничего не переменилось.
Ничего не переменилось. Медленно текут воды, в которых живет Рогозуб.
Медленно течет время, в котором живет Рогозуб. И медленно, медленно живет
Рогозуб. Так жили только в девоне...
СУПРУГИ УТКОНОСЫ
Супруги Утконосы, внуки Праутконоса, правнуки Прапраутконоса, помнят еще
прапраправремена. Когда это было - в триасе или уже не в триасе? Тогда еще
жили аммониты, эти головоногие, которые вымерли, потому что действовали больше
ногами, чем головой. Когда же они вымерли? В триасе или уже не в триасе? Во
всяком случае, когда они вымирали, Прапраутконосы уже жили, и аммониты сказали
им:
- Прапраутконосы, вы свидетели того, что мы вымираем!
Супруги Прапраутконосы как раз снесли два яйца и потому сказали:
- Никакие мы не свидетели. Вымирайте, но не впутывайте в это нас.
- Мы вымираем, - сказали вымирающие, - атмосфера становится чересчур
ядовитой...
До сих пор Прапраутконосы не чувствовали, что атмосфера стала ядовитой, но
теперь они это почувствовали. И, проводив аммонитов в последний путь, они
вернулись домой и сказали друг другу:
- Атмосфера становится ядовитой, а у нас ни капельки яда...
И они стали копить яд - конечно, не в качестве яда, а в качестве
противоядия. Потому что, когда атмосфера становится ядовитой, самое главное -
иметь собственный яд.
Тем временем из снесенных яиц вылупились супруги Праутконосы. Собственно,
время было уже не то: атмосфера очистилась, яд упал в цене и, кроме соседки
Праехидны, его не было ни у кого из млекопитающих. Но супруги Праутконосы
помнили слова Прапраутконосов, которые помнили слова аммонитов. И супруги
Праутконосы помаленьку копили яд.
Потом они снесли два яйца, из которых вылупились супруги Утконосы. И
супруги Утконосы тоже снесли два яйца.
Все млекопитающие давно перешли с яиц на молоко, но супруги Утконосы
предпочитали и то и другое



Назад