28e4ee37

Кривин Феликс Давидович - Рыженбах Из Мозжечка



Феликс Кривин
Рыженбах из Мозжечка
Директор института Мозга отдыхал от своих мозговых забот над книгой
"Уроки печени". Остроумное, слегка ироничное, хотя и не вполне понятное
исследование искрилось выдумкой, неожиданными поворотами, внезапными
озарениями и столь же внезапными погружениями во тьму.
"У нас в мозгу так не умеют", - с завистью думал директор.
Дверь отворилась, и вошел Рыженбах из Мозжечка.
Собственно, теперь уже не из Мозжечка, поскольку четыре года назад он
был уволен по сокращению штатов. Вместе с ним были уволены Пузенбах из
Подкорки и просто Бах из Левого Полушария. Впоследствии кто-то из них
затерялся на бескрайних просторах Родины, кто-то уехал в другую страну, но
кто именно уехал, а кто затерялся, директор не знал, поэтому на всякий
случай приветствовал вошедшего так:
- Хэлло, мистер Рыженбах! Как поживаете?
Последняя фраза тоже была задумана по-английски, но прозвучала ближе к
отечественному: "Как поживайт?".
- Все в порядке, - сказал Рыженбах. - Вот, зашел навестить родного
заведующего.
Смысл этого ответа заключался в том, что директор прежде был заведующим
сектором Мозжечка, именно он и выдвинул кандидатуру Рыженбаха на
увольнение по сокращению штатов. Сверху ему, конечно, подсказали, но он
снизу выдвинул. Слишком широки для Мозжечка были научные интересы
Рыженбаха, он постоянно околачивался в Больших Полушариях и даже ставил
эксперименты на коре, как он сам говорил, по выпрямлению извилин.
Выпрямление извилин! Какая чушь! Только у нас в Мозжечке могут до этого
додуматься. Между прочим, Пузенбах из Подкорки и просто Бах из Левого
Полушария считали, что Рыженбах на пороге великих открытий. Возможно,
многое бы сегодня и виделось, и осмысливалось не так, если б Рыженбаха не
уволили по сокращению штатов. Вот она, утечка мозгов! Здесь их увольняют,
а там берут, и там они вдруг начинают хорошо работать. А мы одно заладили:
кадры решают все. У них решают, это да, а у нас ничего решать не могут.
- Садитесь, Рыженбах, - сказал директор, целиком переходя на русский
язык. - Небось, приехали подводить итоги эксперимента?
Рыженбах не понял. Или сделал вид, что не понял. Какого эксперимента,
товарищ заведующий?
- Не скромничайте, Рыженбах. Разве не вы говорили, что отсутствие
извилин помогает человеку делать карьеру? На Эвклида ссылались. Мол,
прямая - кратчайшее расстояние между двумя точками.
Рыженбах только улыбнулся в ответ. Директор тоже улыбнулся - весьма
понимающе. Конечно, Рыженбаху нельзя раскрываться. Он теперь гражданин
другой страны, его секреты - ее секреты. Кратчайшее расстояние... Они у
себя в Америке идут к цели кратчайшим путем, а мы все петляем, петляем...
Сами ставим себе препятствия, а потом начинаем их обходить. Препятствий
столько, что на них не напасешься извилин.
Если он действительно здесь поставил эксперимент, то интересно
посмотреть на объект эксперимента. Прямо спросить - он не ответит, но
можно и самому вычислить. Нужно только припомнить, кто у нас за четыре
года сделал карьеру.
Далеко ходить не нужно: бывший заведующий сектором Спинного Мозга стал
президентом ассоциации невропатологов. Теперь в его распоряжении не только
центральная нервная система, но и периферическая. Когда его выдвигали, у
них в Головном Мозгу шутили, что спина в этом имеет большие заслуги, чем
голова. А что если не спина? Что если прямые извилины?
- Пардон, мистер Рыженбах, - сказал директор, для убедительности опять
переходя на английский. - Как вы представляете эту прямую



Назад