28e4ee37

Кривин Феликс Давидович - Романтика Моря



Ф. КРИВИН
Романтика моря
(Фантазии без вымысла)
Только тот способен глубоко постичь морскую романтику, кто живет
непосредственно в воде, - как Малорот из отряда Карпообразных, как
Тихоокеанский Лосось из отряда Лососеобразных, как Пятнистый Ошибень и Озерная
Треска из отряда Трескообразных, как Цирротаума из отряда Осьминогов. Кайман
из отряда Крокодилов, а также Ночесветка и Криптомонада - уз Простейших.
Конечно, каждый из них постигает романтику моря по-своему. Поэтому о каждом из
них - отдельный разговор.
1. ГИАЦИНТОВЫЕ ОСТРОВА
Молодые кайманы плывут на гиацинтовых островах, на островах из цветов,
нигде не пустивших корни. От земли своих предков по течениям рек они
расплываются по материку и выходят в открытое море. Крокодилы редко выхолят в
море - разве что в молодости, на гиацинтовых островах.
Молодые кайманы уплывают на этих островах.
Когда плывешь на них, все вокруг цветет и благоухает, и кажется, что
плывешь на облаке среди голубых небес, среди глубин, в которых нельзя утонуть,
а можно возноситься все выше и выше. И все, что держало тебя и привязывало к
берегу, теперь уходит назад вместе со всеми этими берегами, и все печали твои,
и все заботы твои уплывают назад, остается только небо в реке и гиацинтовое
облако. Остаются острова из цветов, нигде не пустивших корни.
Острова и цветы привыкли знать свое место. И кайманы привыкли знать свое
место - на этом или на том берегу. Но среди цветов попадаются чудаки, и среди
островов попадаются, и среди кайманов - и тогда на странствующих островах
среди странствующих цветов плывут неизвестно куда странствующие кайманы.
Где-то ждет их причал, будущий берег, не отраженная, а истинная земля.
Чтобы растянуться во всю длину, почувствовать себя прочней и уверенней, чтобы
греться на солнышке, провожая взглядом гиацинтовые острова.
2. ОЗЕРНАЯ ТРЕСКА
На Баффиновой Земле, оторванной от материка, есть озеро Огак, оторванное
от океана. Часть океана в плену у земли, которая со всех сторон окружена
океаном... Это напоминает военные действия, хотя действий-то как раз и не
видно: остров не спешит выйти из окружения, а озеро как будто привыкло к
своему плену. Когда океан привыкает к плену, он становится озером. Озеро Огак
стало озером, похоронив надежды вернуться в океан. Но в нем живы воспоминания.
Нижний слой воды - похороненные надежды.
Средний слон воды - живые воспоминания. Верхний слой - действительность:
пять метров пресной воды. Пять метров - достаточный слой, чтобы не быть
заподозренным в приверженности к океану. Пресноводное озеро. Обычное озеро.
Но в глубине у него - слой соленой воды. И живет там морская рыба треска.
Не у самого дна, где похоронены надежды, - где похоронены надежды, там уже
ничто не живет. У озера Огак там все отравлено смертельным ядом. А живет
морская треска в среднем слое, где еще живы воспоминания. Об океане, который
не прятался за слоем пресной воды.
3. ДНИ И НОЧИ МАЛОРОТА
По вечерам Малорот облачается в траур. Кончается день, а ему кажется, что
кончается жизнь. Ведь и жизнь кончается так же, как день: сначала все ярко,
светло, а потом постепенно темнеет. И Малорот теряет все свои дневные пестрые
краски. Он погружается в ночь и облачается в ночь. И каждый закат кажется ему
его собственным, личным закатом: как будто сейчас вот закатится Малорот и
покатится неизвестно куда, в неведомом направлении.
А когда наступает рассвет, Малорот рассветает и расцветает, он
прикатывается обратно в день из своего неизвестного направления



Назад