28e4ee37

Краснов Антон - Семь Отмычек Всевластия 1



СЕМЬ ОТМЫЧЕК ВСЕВЛАСТИЯ
Антон КРАСНОВ
Анонс
Трое школьных друзей прекрасно проводят время на даче самого крутого из них - Коляна Ковалева. Конец мая, теплынь, травка зеленеет, водочка потеет - благодать, словом. И вдруг на тебе: снег повалил.

На дачу явились какие-то мужики странного вида, а на дворе у новенького джипа... козел ростом с лошадь бампер обгладывает. Это с затерянной в дальних галактиках Аль Дионны компания бывших земных богов прилетела: Один, или Вотан, Эллер, сын Тора, Альдаир, сын Зевса, дочь Локи, еще двое да козел Тангриснир в придачу.

Поставили они себе цель вновь богами на Земле стать. А трое друзей должны им в этом помочь.
ПРОЛОГ
в котором сказано о том, чего не может быть, потому что не может быть никогда
1
Египет, июль 2004 года
- Туз! У меня двадцать одно, я выиграл. С вас тридцать пять евро, господа археологи. Позвольте получить.
- Дьявол! - тоскливо сказал длинный кадыкастый тип, похожий на рано осиротевшего печального аиста. - Как тебе сегодня карта идет, Фабьен. Просто черт знает как идет!
- Да уж, - поддержал его коллега, - Фабьен сегодня в ударе. Впрочем, не везет в картах, повезет в любви.
- Ему? С тобой, что ли? - буркнул Фабьен, кивнув на длинного археолога и загребая деньги.
Несмотря на удачу, Фабьен вовсе не выглядел осчастливленным. Выигравшая персона представляла собой массивного мужчину лет тридцати, который, однако же, успел обзавестись лысиной и приличным брюшком, в эквиваленте женской беременности тянувшим этак на восьмой месяц.

Впрочем, Фабьен нисколько не смущался этим, напротив, упомянутое брюшко было его главной ударной силой. Вот и сейчас он толкнул им похожего на аиста археолога так, что тот отскочил, спружинив мощно, как от батута.
«Аист» покачнулся и еле устоял на ногах, размахивая руками и оскверняя душный египетский воздух деликатной французской бранью. Фабьен принужденно рассмеялся, обнажая белые, тесно посаженные зубы (два передних были посажены набекрень, наехав один на другой).
- С кем тут в любви повезет? Торчим в этих песках третий месяц. Если честно: я уже согласен на потную египтянку.

Хоть и терпеть не могу арабов, - пробурчал он.
- Конечно, - поддакнул ему археолог, который носил пышное мушкетерское имя Луи-Арман д'Орбиньи. - Правда, тебе, Фабьен, придется поднатужиться, чтобы одолеть жаркую египтянку. Ты ж привык к холодненькому, - он хитро подмигнул, - ведь правда, что твоей последней любовницей была какая-то русская, когда ты ездил на конгресс археологов в Москву?

И что тебя туда послали?.. Лучше б уж меня.
Фабьен засопел.
- Нет, ты отвечай, Фабьен, - настаивал Луи-Арман.
- А скажи, - поддержал сплетника печальный «аист» и даже пощелкал «клювом» - длинной нижней челюстью, выпяченной так, как будто он всю жизнь тренировался над правильным произношением английского «th» (при котором язык с силой упирается в нижний ряд зубов), - в самом ли деле в Москве жуткий холод и пьют водку...
- Медведи в шапках-ушанках и валенках ходят по Красной площади и распевают «Калинку-малинку», - скептическим тоном продолжил Фабьен. - Глупости какие! Вы это еще Пелисье скажите, он вам устроит!

Ты лучше тасуй колоду, Робер, - кивнул он длинному археологу, - твой черед банковать. Может, отыграешься.
Но у Робера-аиста был такой обреченный вид, что и завзятому оптимисту стало бы ясно, что отыграться ему не удастся. И не важно, какие причины будут стоять у истоков этой предугадываемой неудачи.
Впрочем, не повезло не одному Роберу. В тот момент, когда уклончивый Фабьен ловко сбивал с



Назад